Считается, что уныние связано с бездействием человека. Лежит человек на диване и ничего не может, — значит,...

унывает. Но это не всегда так.

Уныние – это состояние полнейшего бесчувствия души. Это даже больше, чем когда тебе ничего не хочется. В состоянии уныния человек отказывается от любого проявления жизни, от любого ее переживания.

Ведь жить по-настоящему, глубоко, всеобъемлюще и полнокровно – очень тяжело. И любить очень тяжело, и сделать что-то, приносящее подлинную радость — нелегко. Всякое проявление настоящей жизни требует труда. Потому что жизнь – это труд. А уныние – это избегание этого труда. Одна из форм подмены жизни.

Но, как ни парадоксально, гораздо чаще унылого человека можно встретить в состоянии кипучей деятельности. Со стороны уныние под ней едва различимо. Это может быть постоянное мельтешение, вечная суета, постоянное желание куда-то пойти, куда-то позвонить, просто переложить предмет с места на место. Занять себя хоть чем-то, лишь бы не оставаться наедине с пустотой внутри, потому что человек не знает, что с этим делать. Недаром так много людей ненавидит тишину в доме. Обязательно надо уничтожить ее музыкой, телевизором, чем угодно – лишь бы не остаться наедине с собой в этой оглушительной тишине.

В унынии человек не может молиться. Ведь молитва и есть – самая настоящая жизнь, самая подлинная, — а человек не способен. У него не ворочается язык, он не может собрать ни мысли.

Можно, конечно, призвать такого человека радоваться. Но заставить радоваться нельзя. Ведь радость – это плод. Плод некоего пути, труда, внутреннего созревания.
И лучше не выжимать изо всех сил из себя радость и не бросаться «плодоносить», если вдруг поняли, что унываете. Это обернется той самой пустопорожней активностью или лицемерием. Такой фальшивый плод душу никак не напитает. Более того, усталость и разочарование от этой фальши способно обрушить человека в еще более глубокое уныние.

Нужно просто признать, что в человеческой жизни не может быть сплошных подъемов. Жизнь состоит из разных периодов. Бывают времена наполненности и времена опустошения. Времена обнимать, и уклоняться от объятий. Собирать камни, и камни разбрасывать. И если навалилось уныние, надо его терпеливо переживать. Признание проблемы и ее терпеливое переживание – это и есть труд, который, несомненно, принесет свой радостный плод.

Есть прекрасная притча о монахе, впавшем в уныние. Ему было поручено возделывать поля. Придя и увидев на поле маленькие сорняки, инок очень быстро их выполол и ушел довольный. То же и на другой день. На третий день пришел, работать не хочется. А сорняки? Завтра прополю. Ушел. На следующий день пришел – та же история. Сорняки не слишком выросли, завтра прополю. Или послезавтра, растут они медленно.

Через какое-то время инок пришел, смотрит, а поле — одни сплошные сорняки, большие и колючие. И тут инок понял, что у него просто не хватит сил с ними справиться. Пошел он к старцу и признался, что поле он запустил. Старец дал ему такой совет: «каждый день выпалывай кусочек поля размером с твою постель». Монах стал каждый день усердно выпалывать поле метра по два и довольно быстро очистил все поле от сорняков.

Также можно бороться и с унынием. Потихонечку, но — ежедневно. Потихонечку – но с понуждением. И в конце концов окажется, что поле-то очистилось. И теперь новые сорняки (они обязательно будут) хорошо видны и их гораздо легче выпалывать. Главное – не начать снова почивать на них."

протоиерей Алексей Уминский